Сергей Кузьминский (Кузя), музыкант, лидер группы «Браты Гадюкины», 1960-1990-е

7467 1 17.01.2015 Автор: Сергей Кузьминский

Львов

Кузя.jpgСергей Кузьминский (Кузя), музыкант, лидер группы «Браты Гадюкины» 60-90-е В нашем львовском дворике-коробочке по улице Горького среди прочих персонажей проживала бабулька. Звали ее Тойба. А фамилия у нее была Перец. Но все называли ее просто - бабушка Перчик. Она была очень древняя. Мне казалось ей уже далеко за двести. Она была настолько древняя, что носила ПАРИК! ( не тот парик что стали модными в конце 60-х - а настоящий парик, который носили еврейские женщины).

Старушка она была тихая и мирная. Нас, детей, иногда даже угощала леденцами. Но была у нее одна отличительная черта. Жила она на первом этаже. В комнате без удобств, с одним лишь умывальником. С отдельным входом и крылечком, где стоял стул, на котором она, собственно, и проводила летом всё время. А туалет у бабушки Перчик был общий с ателье "Индпошив" ( там работал дядя Мойша, который пошил мне в 12 лет ШИКАРНЫЕ брюки-клёш белого цвета). До туалета надо было пройти через двор метров 30. Но бабушка Перчик была очень стара. Её ходовая давно нуждалась в капремонте. И она не ходила в туалет. Она поступала проще.

Таня Ламбада, Сергей кузьминский, Жора Белый, Артур Волошин, Львов, 1990 год.jpg Двор наш был проходной. Спешащие люди сокращали через него свой путь с улицы Городецкой (так ее звали старожилы-москали - на самом деле Первого Мая, а при поляках Грудецка) на улицу Гоголя ( бывш. Зигмунтовского). Путь торопыг пролегал аккурат мимо крыльца бабушки Перчик. Каждый день мы, играя в ножички или в море волнуется раз или в не помню во что мы там уже играли, видели следующую сцену. Вылезшая из трамвая номер 6, следовавшего курсом - Вокзал-Подзамче жительница села ломится через наш двор, торопясь в ПТУ, или на работу или ХЗ куда они все так ломились. С крыльца слышен голос умирающей бабушки Перчик: "Дытынко! Пидийды, будьласка сюды! Допоможы бабушке!".

Наивное дитя подходило к крыльцу. Бабушка Перчик очень живо подрывалась со стула и, перегнувшись через перила, резко совала в руки оторопевшей селянке газетный сверток со словами: "Отнеси этот дрек на помойку - она как войдешь в браму сразу справа". Жертва покорно уходила со свертком в руках. А мы стояли и ржали, потому как знали - бабушка Перчик говоря слово "дрек" ничуть не приукрашивала. В свертке таки да было её г***о.

С бабушкой Перчик произошла еще одна замечательная история. У нее были две подружки. Две сестры. Софа и Катя. Примерно такого же возраста как она. Две горбатые кривоногие бородавчатые фурии. Еще у них была собака. Пёс. Вы не поверите - но его звали ТОБИК. Он был помесь мопса с ХЗ чем. Изначально белый - но от старости желто-коричневый. Я не видел в своей жизни более отвратительного существа.

Сёстры проживали на противоположном конце двора, тоже на первом этаже. Нас, детей, они ненавидели. И было за что. Дело в том, что то место, куда выходили их окна, было площадкой для наших самых активных игр. Типа футбола. Бедные старушки были вынуждены весь день слушать наши вопли. При этом - никаких стеклопакетов. Сейчас, на склоне лет, я их очень понимаю.

Так вот. Бабушка Перчик страдала бессоницей. Сёстры Софа и Катя тоже. И бабушка Перчик иногда ночью ходила к ним в гости. Они к ней не ходили - потому как у них была жилплощадь в 3 комнаты с ванной и санузлом - а у бабушки Перчик только комната. И вот однажды ночью Перчик поперлась через весь двор к подругам в гости. Путь, надо сказать, не близкий. Метров 30 по одной стене. И метров 40 по другой. Плюс всякие ступеньки. Бабушка Перчик не знала, что в этот день работяги из Водоканалтреста что-то там чинили. И сняли крышку канализационного люка. И, поскольку с работой за день не управились и решили продолжить завтра, крышку так и оставили лежать рядом. И бабушка Перчик конечно же в этот люк провалилась. Примерно в 3 часа ночи.

В течение трех часов она орала из люка одну и ту же фразу: "Люди! Поможите! Киньте мене вирьовке!". В 6 утра проснулся муж нашей дворничихи Стефы - Мыкола. Единственные, кстати, украинцы в нашем многонациональном дворе. Он таки кинул бабушке Перчик вирьовке и вытащил ее на поверхность. Она тут же уселась на землю и сказала - ну вот! Опять вуйко спас старую жидовку! О том, как вуйко спас старую жидовку в первый раз - я не знаю ничего. 

Сергей Кузьминский, Кузя, 1970-ее гг.jpg А еще у моего отца был друг, дядя Вадя. Он играл на трубе. А чтобы соседи не о***вали от гадких звуков - залазил в шкап (его отец, отставной полковник кагэбе так говорил - "шкап"). Бывало, приходим с атцом к нему, мне лет шесть было, сопли по щекам. "Где Вадя?" - спрашивает атец у полковника. "Та б**ть хде...в шкапу..." Дядя Вадя женился потом на тёте Илоне. Она увлекалась бальным танцем "пасадобль". Прикиньте парочка да? Вадя и Илона. Он в шкапу на трубе играет "эйнт мисбихевен" - а она в это время перед зеркалом вся изгибается в пасадобле.

В том же доме, кстати, проживал известный ныне альтист и кондуктор Юрий Башмет. Мы летом мяч гоняли - улица была непроезжая. А он стоял перед окном и пиликал. Там напротив еще почтовое отделение было - почтальонши проходили мимо и вздыхали - "от бідне жиденя...всі діти бавляться, а воно як прокляте" Жиденя таки вышло в люди, а вот дети те потом в основном по тюрьмам, конечно.

Десять лет назад в начале февраля я вернулся во Львов после очередного гастрольного чёса по всяким тырловкам. Не успел переступить порог квартиры, как зазвонил телефон. Звонила Дарка, жена Толика-Явиста. Очень спокойным голосом сказала:"Сергію. Толік помер." Толик жил на Майоровке. Окраина Львова. Недалеко от Холма Славы - там где похоронен легендарный разведчик Кузнецов. По профессии Толик был вор-карманник. Ширмач. Или как говорили во Львове - кішеньковий.

До того, как стать вором, Толик был районной знаменитостью. Он занимался мотогонками. Вернее - мотокроссом. Откуда и появилось это поганяло - Явист (ударение на последний слог - явИст). На Майоровке была трасса - всесоюзного масштаба. Несколько раз в году там проходили всякие соревнования - иногда даже чемпионаты европы. Именно на таком чемпионате в начале 70-х еще один ныне покойный легендарный львовский персонаж - Славко Костылевич- сп***ил огромный британский флаг, который до конца дней служил ему оконной занавеской.

Артур Волошин, Сергей Дмитровский, Вячеслав Потопляк (Костылевич), Сергей Кузьминский (Кузя), Львов, 1980-е гг.jpgВся Майоровская пацанва ясное дело была повернута на мотоциклах. Толик в этом преуспел больше других - и к 16-и годам стал чемпионом Украины среди юниоров. Затем вошел в тройку союза. Открывалась дорога на чемпионаты европы и мира. Вот тут то все и обломалось. Дело в том, что Толик был пацан безбашенный. И пока добирался до вершин чемпионства, несколько раз серьезно ломался. Руки, ноги, рёбра, ключицы. В больницах его собирали и он продолжал беспредельничать дальше. Но когда спортивные чиновники стали отбирать кандидатов в сборную союза - Толика забраковали именно из-за этого. Кто-то из спортивных психологов решил, что человек, переживший столько переломов, проигрывает при прочих равных условиях перед другими кандидатами. Это был конец спортивной карьеры. И самое большое потрясение в его жизни. И косвеная причина того, что Толик избрал себе такую асоциальную профессию.

Он поступил на обучение к старым польским ворам-карманникам. И через лет 5 стал элитой. Польская школа в те времена еще держала свои позиции - мэтры пока были живы. О квалификации Явиста говорит тот простой факт, что за 20 с лишним лет своей профессиональной деятельности он ни разу не сидел в тюрьме.

Познакомились мы с ним в 88-м году. Толик, как и почти все карманники, был опиушником. Вот как раз по этим делам мы с ним и познакомились. На хате у некоего Бори (щас то ли в Израиле то ли в штатах), меломана, коллекционера пластинок и торчка-любителя. Толик был лет на десять меня старше. Выглядел он очень странно в той обстановке. Костюм тройка, галстук, седые виски. Я долгое время не мог понять - на какие средства существует Толик. У него была жена - Дарка, бессловесное существо откуда то из львовской области. Толика она боялась и очень уважала. Ну и любила, наверное. У них был сынишка - я его почти не видел, потому как почти все время он проводил у родителей Дарки в деревне. В доме у Толика было всё как положено - цветной телевизор, ковры, хрустальная люстра, мебель. И я просто а**ел, когда узнал о том, что Толик вор-карманник.

Работники университетской библиотеки, Львов, 1904 год.jpgВ дальнейшем я не раз наблюдал, как он работает. Это было красиво. Седой представительный мужчина в костюме. На лацкане - значок в виде жовто-сынього прапора (это я ему привез из Канады=)) - очень похожий на депутатский. В одной руке кожаная папка с тиснением "Депутат Львівської міської Ради". Так называемая фортецела - с ее помошью он закрывал ненужные ракурсы. Толик проходил через автобус - прошу пани, перепрошую, дозвольте пройты, красно дякую - с непередаваемым западенским акцентом. И это было обиралово. С конечной остановки мы уходили под рёв несчастных баб, у которых исчезла вся дневная базарная выручка В 94-м я уехал в Бельгию. Вернулся спрыгнувший, с новым мозгом (в смысле на уровне софта - аппаратная часть всё та же). Видел Толика один раз. Он выглядел как покойник. Я, потолстевший и радостный, чувствовал себя как-то неуютно. Толик смотрел на меня взглядом естествоиспытателя. А потом позвонила Дарка. "Толік помер. Просив перед смертю шоб віддала тобі його пластинки".    Я не поехал

0
Мариан Курсанова
Грубо нарушены авторские права: необходимо 1.указать авторство тестов, включенных в публикацию 2. указать авторство фото 3. заручиться разрешением на публикацию у авторов и изображенных на фото - или у правопреемников.
Ответить Цитировать 0
 
Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений